Что такое цифровой суверенитет и почему эта тема касается меня?

Компания может изменять цены, условия использования или технические стандарты. Доступ к зарубежному сервису, например к компьютерной программе или приложению для смартфона, может быть ограничен или прекращен для определенных пользователей или регионов по политическим причинам — и это происходит регулярно. Так, например, правительство США уже неоднократно запрещало использование американского программного обеспечения в других странах или резко повышало стоимость его использования с целью оказания политического давления. Если сервис, которым ты пользуешься уже много лет, внезапно станет платным или изменит свои правила, ты практически не сможешь на это повлиять. Лучший способ защитить себя от этого — с самого начала подумать об альтернативных приложениях или программах.

Когда несколько компаний доминируют на ключевых рынках, европейским поставщикам становится сложнее создавать конкурентоспособные альтернативы. В результате политические или экономические конфликты за пределами Германии могут иметь ощутимые экономические последствия и здесь: перебои с поставками приводят к задержкам в производстве, росту цен, а в некоторых случаях — и к сокращению рабочих мест. Однако для того, чтобы уделять больше внимания разработке немецких или европейских продуктов, в частности программного обеспечения, должен существовать соответствующий спрос — и именно здесь ты можешь сыграть свою роль: если ты готов пользоваться продуктами, которые, возможно, немного непривычны или иногда платные, но зато не произведены крупными корпорациями, то ты укрепляешь не только свой цифровой суверенитет, но и суверенитет всего общества.

Если конфиденциальные данные обрабатываются частными компаниями, тебе следует задаться вопросом, кто на самом деле имеет к ним доступ и на каком правовом основании осуществляется обработка данных. Например, в США законы о защите данных не так строги, как у нас. Кроме того, правительство США имеет широкие возможности для доступа к данным: Закон США «CLOUD Act» позволяет американским властям при определённых условиях получать доступ к данным американских компаний — даже если они хранятся на немецких серверах. Цифровой суверенитет означает, среди прочего, что вы реализуете своё право на информационное самоопределение и в значительной степени самостоятельно решаете, кому разрешить доступ к вашим данным.

Тот, кто однажды привык к какому-либо сервису, как правило, больше не переходит на другие, если в этом нет острой необходимости. Зачастую к нему привязаны данные, контакты или приобретённый контент, а переход обычно сопряжён с техническими сложностями и значительными затратами времени. Корпорации извлекают выгоду из этой привязанности: эксперты называют это «Vendor Lock-in» (рус. «зависимость от поставщика»). Особенно проблематичной эта сильная зависимость становится, когда государственные органы полагаются на зарубежные облачные, программные или коммуникационные сервисы. Ведь если их доступ для Германии будет отключен или ограничен, быстрый переход на другие системы, как правило, исключен. В худшем случае это может привести к сбою целых участков критически важной инфраструктуры. ^[1] Пока что многим немецким государственным органам по-прежнему сложно отказаться от услуг американских поставщиков, но отдельные федеральные земли, такие как Шлезвиг-Гольштейн, уже работают над тем, чтобы сделать свою администрацию менее зависимой. ^[2] В частной сфере ты сам несешь ответственность за важные материалы, поэтому свои самые ценные документы следует всегда хранить в нескольких местах, чтобы сохранить способность действовать и цифровой суверенитет.

При использовании цифровых сервисов тебе всегда следует обращать внимание на то, какие данные они запрашивают у тебя и кому их передают. При этом очень важно использовать надежные пароли и способы входа в систему. В целом всегда стоит искать альтернативы, которые изначально не собирают большого количества данных. Цифровой суверенитет означает не только умение распознавать уловки преступников, но и умение избегать тех, кто занимается сбором данных.

Крупные платформы с помощью алгоритмов в значительной степени определяют, какую информацию видят люди. Те, кто управляет этими платформами, обладают значительной общественной властью — например, в отношении видимости политического контента или распространения дезинформации. Кроме того, с 2022 года сервис коротких сообщений X (ранее Twitter) покинули миллионы пользователей и организаций из-за того, что там всё чаще целенаправленно распространялись дезинформация и контент крайне правого толка. Цифровой суверенитет означает не только умение распознавать манипуляции со стороны алгоритмов, но и сознательный поиск альтернатив.